Глава 8. ВООБРАЖЕНИЕ (А.В. Петровский) - 3. Роль фантазии в игре детей и творчестве взрослых

Содержание материала

 

3. Роль фантазии в игре детей и творчестве взрослых

Фантазия и игра. Дошкольное детство, первые годы обучения в школе, когда ведущей деятельностью ребенка остается игра, характеризуется бурным развитием процессов воображения.

Необходимый элемент игры - воображаемая ситуация, вводи­мая при помощи слов «как будто», — представляет свободное, не стесняемое правилами логики и требованиями правдоподобия преобразование накопленного ребенком запаса представлений. Образ фантазии здесь выступает как программа игровой деятель­ности — воображая себя космонавтом, малыш строит соответ­ственно свое поведение и поведение играющих с ним сверст­ников: прощается с «близкими», отдает рапорт «главному кон­структору», изображает ракету на старте и одновременно себя в ракете и т.д. Дающие богатую пищу воображению ролевые игры позволяют ребенку углублять и закреплять ценные качества личности (смелость, решительность, организованность, находчи­вость); сопоставляя свое и чужое поведение в воображаемой ситуации с поведением представляемого реального персонажа, ребенок учится производить необходимые оценки и сравнения.

Воображение, имеющее исключительно важное значение для осуществления и организации деятельности, само формируется в различных видах деятельности и затухает, когда ребенок переста­ет действовать. На протяжении дошкольного детства происходит постепенное превращение воображения ребенка из деятельности, которая нуждается во внешней опоре (прежде всего на игрушки), в самостоятельную внутреннюю деятельность, позволяющую осу­ществлять элементарное словесное (сочинение сказок, историй и стихов) и художественное (рисунки) творчество. Воображение ребенка развивается в связи с усвоением речи, а следовательно, в процессе общения со взрослыми людьми. Речь позволяет де­тям представлять предметы, которые они никогда до этого не видели. Показательно, что задержки в речевом развитии сказы­ваются и на развитии воображения и ведут к его отставанию, обеднению.

Фантазия — важное условие нормального развития личности ребенка, она необходима для свободного выявления его творче­ских возможностей. К.И. Чуковский в книге «От двух до пяти», содержащей очень тонкие и глубокие психологические наблюде­ния и выводы, рассказывал об одной маме, противнице сказок и фантазий, чей сын словно в отместку за то, что у него отняли сказку, стал с утра до вечера предаваться самой буйной фантазии: «То выдумает, что к нему в комнату приходил с визитом красный слон, то будто у него есть подруга — медведица Кора; и, пожалуйста, не садись на стул рядом с ним, потому что — разве вы не видите? — на этом стуле медведица. И - «Мама, куда ты? На волков. Ведь тут же стоят волки!»1 В тех случаях, когда по тем или иным причинам, главным образом в связи с серьезными недостатками в педагогической работе, воображение оказывается у детей недоразвитым, они начинают сомневаться в существова­нии даже весьма реальных, но необычных вещей. Например, тот же К.И. Чуковский писал, что когда в одной из школ повели с учениками разговор об акулах, кто-то из детей закричал: «Акулов не бывает!»2

В дошкольном возрасте фантазия выступает как одно из важнейших условий усвоения общественного опыта. Правильные, адекватные представления об окружающем утверждаются в созна­нии ребенка, будучи пропущены сквозь призму воображения. В этом отношении весьма показательны так назьюаемые перевер­тыши, к которым испытывают тяготение все дети (четырехлетняя девочка поет: «Дам кусок молока и кувшин пирога»). Перевер­тыши есть продукт воображения детей, конструируемый, как и другие образы фантазии, с помощью перестановки элементов, из которых складывается привычный образ, под влиянием потреб­ности в эмоциональном комическом эффекте. Важно, что рядом с этим заведомым искажением действительности, которое представ­ляют собой перевертыши, существует как эталон правильное представление о мире, опровергающее эти нелепицы и с их по­мощью еще прочнее утверждающееся. Неправильная фантастиче­ская координация вещей («Красная Шапочка скушала волка») способствует осознанию закономерных связей между предметами и становится надежным подспорьем в познавательной деятельно­сти ребенка.

О том, что фантастический образ является для ребенка средст­вом познания и усвоения общественного опыта, свидетельствуют многочисленные психологические данные. А.П. Чехов в рассказе «Дома* показывает, как мало подействовали на семилетнего мальчика назидательные поучения о вреде курения и какой неожиданный эффект произвела незамысловатая сказочка о смер­ти царевича, имевшего привычку курить. Эмоционально насы­щенный образ фантазии оказал сильное впечатление на мальчика: «...Минуту он глядел задумчиво на темное окно, вздрогнул и ска­зал упавшим голосом: "Не буду я больше курить..."»1. Воображе­ние дает ребенку возможность осваивать окружающий мир в игре, взрослый преобразует его в активном творчестве.

Мечта. Как было сказано, в творческую деятельность включе­на фантазия. Однако далеко не всегда процесс воображения немедленно реализуется в практических действиях человека. Нередко этот процесс принимает форму особой внутренней деятельности, заключающейся в создании образа того, что человек желал бы осуществить. Такие образы желаемого будущего называют мечтой.

Мечта — необходимое условие претворения в жизнь творче­ских сил человека, направленных на преобразование действитель­ности. Она выступает в качестве побудительной причины или мотива деятельности, окончательное завершение которой по тем или иным причинам оказалось отсроченным. Именно поэтому любой предмет, сделанный руками человека, в своей историче­ской сущности есть овеществленная, осуществленная человеческая мечта.

Велика, но не всегда заметна роль фантазии в практической производственной деятельности людей. В любом, даже самом обычном предмете (электрической лампе, авторучке, бутылочке клея, лезвии бритвы, циркуле и т.д. и т.п.) можно увидеть опред-меченную, воплощенную мечту многих поколений людей, испы­тывавших настоятельную потребность именно в таких вещах. Чем длиннее история вещи, чем больше она изменялась, тем большее число человеческих мечтаний в ней запечатлено. Осуществленная мечта вызывает новую потребность, а новая потребность порож­дает новую мечту.

Сначала каждое новое достижение производственной деятель­ности, новая вещь кажется совершенной, но по мере ее освоения обнаруживаются недостатки, и люди начинают мечтать о лучших вещах, стимулируя тем самым процесс их предметного вопло­щения. Четыре века назад обычное оконное стекло было неосу­ществимой мечтой: окна затягивали бычьим пузырем, едва пропускавшим свет. В те времена можно было только мечтать о прозрачном материале, который пропускал бы свет, как воздух. Такой прозрачный материал удалось получить, усовершенствовав технологию изготовления стекла. Но со временем были обнару­жены и недостатки стекла. Так, стекло не пропускает ультрафио­летовых лучей: у детей, находящихся в помещении с такими стеклами, не крепнут кости, солнечные лучи, профильтрованные стеклом, почти безопасны для вредных микробов. Небольшая прочность стекла особенно опасна при автомобильных ката­строфах. Новые достижения в производстве стекла порождают новые потребности, которые принимают форму мечты о стекле, пропускающем ультрафиолетовые лучи, о стекле, прочном, как сталь, и т.д. И эти мечты осуществляются, давая начала новым.

Фантазия в художественном и научном творчестве. Фантазия выступает необходимым элементом творческой деятельности в ис­кусстве и литературе. Важнейшая особенность воображения, участвующего в творческой деятельности художника или писа­теля, - его значительная эмоциональность. Образ, ситуация, неожиданный поворот сюжета, возникающий в голове писателя, оказываются пропущенными сквозь своего рода «обогащающееся устройство», которым служит эмоциональная сфера творческой личности. Переживая чувства и воплощая их в художественные образы, писатель, художник и музыкант заставляют читателей, зрителей, слушателей, в свою очередь, переживать, страдать и радоваться. Бурные чувства гениального Бетховена, музыкально-образно выраженные в его симфониях и сонатах, вызывают ответные чувства у многих поколений музыкантов и слушателей.

Некоторые авторы чрезвычайно остро и болезненно пережи­вают воображаемые ситуации. Так, об этом свидетельствуют, в частности, письма Г. Флобера: «С двух часов дня (за исключением двадцати пяти минут на обед) я пишу "Бовари". Описываю прогулку верхом, сейчас я в самом разгаре, дошел до середины; пот льет градом, сжимается горло. Я провел один из тех редких дней в моей жизни, когда с начала до конца живешь иллюзией»1. Ч. Диккенс, прежде чем решиться закончить роман «Лавка древ­ностей» смертью главной героини, долго колебался. В одном из писем он писал: «Смерть Нелии была делом провидения, но пока что я сам почти мертв от убийства моего ребенка»1. Разумеется, такая непосредственность переживания литературного процесса не является правилом, но в художественном творчестве фантазия и большие человеческие чувства неотделимы друг от друга.

История научных открытий располагает множеством приме­ров, когда воображение выступало одним из важнейших элемен­тов научной деятельности. Такова, например, была роль тепло­рода, гипотетической особой тепловой жидкости, выступавшей в качестве фантастической модели явлений теплоты в воззрениях физиков конца XVIII столетия. Эта модель «субстанции тепла» оказалась неудачной, наивной, так как сущность тепловых явле­ний состоит вовсе не в переливании жидкости из одного места в другое. Однако с помощью этой модели удавалось описывать и истолковывать некоторые физические факты и получать новые результаты в области термодинамики. Использование модели «субстанции тепла» послужило предпосылкой открытия второго начала термодинамики, играющего чрезвычайно важную роль в современных физических представлениях. О том же свидетель­ствует история фантастического предположения о существовании мирового эфира — особой среды, будто бы заполняющей вселенную. Но эта модель, впоследствии отвергнутая теорией относительности, позволила создать волновую теорию света.

Таким образом, воображение играет важную роль на ранних . стадиях изучения научной проблемы и нередко ведет к замечатель­ным догадкам. Однако после того как некоторые закономерности были подмечены, угаданы и изучены в экспериментальных условиях, после того как закон установлен и проверен практикой, связан с ранее открытыми положениями, познание целиком переходит на уровень теории, строгого научного мышления. Попытка фантазировать на таком этапе исследования не может привести ни к чему, кроме ошибок.

В настоящее время одна из наиболее перспективных областей современной психологии - это психология научного творчества. Многие исследования, осуществленные специалистами в этой об­ласти, посвящены выяснению роли воображения в процессах на­учного и технического творчества. Одним из путей, которым идет эта отрасль знания, является история научных открытий. Если рассмотреть историю той или иной науки, достигшей высокого уровня развития, где достаточно разработаны теоретические концепции, широко применяется математика и т.п., то можно убедиться, что на ранних стадиях развития эта наука насквозь была пронизана фантастическими допущениями, так как слишком много тогда еще оставалось неизвестным и дополнялось догадками. По мере того как область знания развивается, в ней многое становится устоявшимся и в воображении уже нет необходимости. Однако такое положение вещей не остается дол­говечным. Благодаря накоплению научных знаний и совершенст­вованию методик исследования даже самая устоявшаяся область науки сталкивается с фактами, которые не укладываются в обще­принятые схемы и не могут быть ими объяснены, и тогда вновь возникает потребность в фантазии, и притом в возможно более смелой. Она и обеспечивает возможность осуществления револю­ции в науке. Таким образом, фантазия все время продолжает работать на переднем крае науки, там, где открывается новое.

Все это убедительно показывает, что роль фантазии в жизни людей исключительно велика.