Главное меню

Реклама

Глава 10. АКТИВНОСТЬ (А.В. Петровский, В.А. Петровский) - 3. Волевые действия

Содержание материала

 

3. Волевые действия

К явлениям движения деятельности относится феномен воли — сознательного преодоления человеком трудностей на пути осуществления действия. Сталки­ваясь с препятствиями, человек либо отказывается от действия в выбранном направлении, либо «наращивает» усилия, чтобы пре­одолеть барьер, т.е. осуществляет особое действие, выходящее за границы его изначальных побуждений и целей; это особое дейст­вие заключается в изменении самого побуждения к действию. Человек намеренно привлекает дополнительные мотивы действования, иначе говоря, строит новый мотив. Важную роль в по­строении новых мотивов играет воображение человека, предви­дение и идеальное «проигрывание» тех или иных возможных последствий активности.

Воля обеспечивает выполнение двух .взаимосвязанных функ­ций - побудительной и тормозной, и в них себя проявляет.

Побудительная функция обеспечивается активностью человека. В отличие от реактивности, когда действие обусловливается пред­шествующей ситуацией (на оклик человек оборачивается, брошен­ный в игре мяч отбивает, на грубое слово обижается и т.д.), активность порождает действие в силу специфики внутренних состояний субъекта, обнаруживающихся в момент самого дейст­вия (человек, нуждающийся в получении необходимой инфор­мации, окликает товарища, испытывая состояние раздражения, позволяет себе грубить окружающим и т.д.).

Тормозная функция воли, выступающая в единстве с побуди­тельной функцией, проявляется в сдерживании нежелательных проявлений активности.

Человек способен тормозить пробуждение мотивов и выполне­ние действий, противоречащих его представлению о должном, способен сказать «нет!» побуждениям, осуществление которых могло бы поставить под удар ценности более высокого порядка. Регулирование поведения было бы невозможным без торможения. Примеры тормозной функции воли могли бы быть взяты как из области высочайших проявлений человеческого духа (способность выдержать жесточайшие пытки в плену, чтобы не выдать своих), так и из сферы повседневной жизни (способность сдерживать свои чувства, не давая выход агрессии во взаимоотношениях с коллегами, способность довести до конца начатое дело, устояв перед соблазном все бросить и заняться чем-либо более при­влекательным и т.д.).

Волевые проявления человека в значительной мере определя­ются тем, кому человек склонен приписывать ответственность за результаты собственных действий. Одна из уже отмеченных особенностей проявления активности человека характеризуется несовпадением результата активности с ее целями, что и обуслов­ливает необходимость в ряде случаев ставить перед собой и ре­шать особую задачу - интерпретировать причины ближайших и отдаленных последствий своих действий. Само рождение этой задачи, несомненно, относится к эффектам движения деятель­ности — ибо выходит за границы действия исходных побуждений субъекта. Однако в ходе ее решения рождаются импульсы, значимые для осуществления исходной деятельности человека, вызывая в одних случаях волевые проявления активности, а в дру­гих - безволие.

Качество, характеризующее склонность человека приписывать ответственность за результаты своей деятельности внешним силам и обстоятельствам или же, напротив, собственным усилиям и спо­собностям, называется локализацией контроля (в психологической литературе используется термин «локус контроля», от лат. locus -местоположение и фр. controle - проверка). Есть люди, которые склонны объяснять причины своего поведения и свои деяния внешними факторами (судьбой, обстоятельствами, случаем и т.д.). Тогда говорят о внешней (экстернальной) локализации контроля. Относящиеся к этой категории школьники найдут любые объяснения полученной неудовлетворительной оценке («Задание было неправильно написано на доске», «Мне неверно подска­зали и сбили меня с толку», «К родителям пришли гости и по­мешали мне делать уроки», «Этого правила мы не проходили» и т.д.). Исследования показали, что склонность к экстерналь­ной локализации контроля связана с такими личностными черта­ми, как безответственность, неуверенность в своих способностях, тревожность, стремление вновь и вновь откладывать осущест­вление своих намерений и т.д.

Если индивид, как правило, принимает на себя ответствен­ность за свои деяния, объясняя их, исходя из своих способностей, характера и т.д., то есть основания полагать, что у него преобла­дает внутренняя (интернальная) локализация контроля.

Получивший «двойку» учащийся, для которого характерна внутренняя локализация контроля, объяснит это либо тем, что задание ему не интересно, либо забывчивостью, либо отвлечением внимания и т.д. Выявлено, что люди, которым присуща внутрен­няя локализация контроля, более ответственны, последовательны при достижении цели, склонны к самоанализу, общительны, не­зависимы. Интернальная или экстернальная локализация контро­ля волевого действия, имеющего как положительные, так и отри­цательные социальные последствия, являются устойчивыми качествами человека, формирующимися в процессе воспитания и самовоспитания.

Важнейшие звенья волевого акта - принятие решения и ис­полнение — нередко вызывают особое эмоциональное состояние, которое описывается как волевое усилие. Волевое усилие — это форма эмоционального стресса, мобилизующего внутренние ресурсы человека (память, мышление, воображение и др.), создающего допол­нительные мотивы к действию, которые отсутствуют или недостаточны, и переживаемого как состояние значительного напряжения.

В результате волевого усилия удается затормозить действие одних и предельно усилить действие других мотивов. Волевое усилие, вызванное чувством долга, мобилизует человека на пре­одоление внешних и внутренних трудностей (нежелание отвле­каться от интересной книги, заботиться о соблюдении режима и т.д.). Победа над ленью, страхом, усталостью в результате волевого усилия дает значительное эмоциональное удовлетворе­ние, переживается как победа   над собой.

Внешнее препятствие требует волевого усилия в том случае, когда оно переживается как внутренняя трудность, внутренний барьер, который необходимо преодолеть.

Приведем простой пример. Если отмерить на полу один метр и попробовать перешагнуть через это препятствие, то никаких трудностей это задание не составит, никаких волевых усилий не потребуется. Но в условиях альпинистского восхождения ледни­ковая трещина такой же ширины выступает уже как серьезнейшее препятствие и преодолевается не без усилий. В обоих случаях дви­жение, казалось бы, сходное - надо лишь широко шагнуть. Труд­ность в том, что в горах этому шагу предшествует борьба.моти­вов — чувство самосохранения борется со стремлением оказать помощь товарищу, желанием выполнить взятое на себя обязатель­ство. Победит первое - и человек трусливо попятится от трещи­ны, одержит верх второе - и препятствие будет преодолено, хотя, быть может, для этого понадобится значительное волевое усилие.

Воля как сознательная организация и саморегуляция актив­ности, направленная на преодоление внутренних трудностей, — это прежде всего власть над собой, над своими чувст­вами, действиями. Общеизвестно, что у разных людей эта власть обладает разной степенью выраженности. Обыденное сознание фиксирует огромный спектр индивидуальных особенностей воли, различающихся по интенсивности своих проявлений, характери­зуемых на одном полюсе как сила, а на другом как слабость воли. Человек, обладающий сильной волей, умеет преодолевать трудности, встречающиеся на пути к достижению поставленной цели, при этом обнаруживает такие волевые ка­чества, как решительность, мужество, смелость, выносливость и т.д. Слабовольные люди пасуют перед трудностями, не проявляют решительности, настойчивости, не умеют сдерживать себя, подав­лять сиюминутные побуждения во имя более высоких, нравствен­но оправданных мотивов поведения и деятельности.

Диапазон проявлений слабоволия столь же велик, как и ха­рактерных качеств сильной воли. Крайняя степень слабоволия находится за гранью нормы психики. Сюда относятся, к примеру, абулия и апраксия.

Абулия — это возникающее на почве мозговой патологии отсутствие побуждений к деятельности, неспособность при пони­мании необходимости принять решение действовать или испол­нять его. Отчетливо понимая необходимость вьполнить распоря­жение врача, больной, страдающий абулией, не может заставить себя что-либо для этого предпринять. Наиболее характерно для него полевое поведение, т.е. управляемое случайными стимулами, появившимися в «поле». (Человек, перемещающийся по комнате без видимой цели, входит в дверь только потому, что она оказа­лась открытой, хотя никаких намерений входить в дверь у него не было и делать ему в другом помещении нечего.)

Апраксия — сложное нарушение целенаправленности действий, вызываемое поражением мозговых структур. Если поражение нервной ткани локализуется в лобных долях мозга — наступает апраксия, проявляющаяся в нарушении произвольной регуляции движений и действий, которые не подчиняются заданной программе и, следовательно, делают невозможным осуществление волевого акта.

Абулия и апраксия — сравнительно редкие явления, присущие людям с тяжелым расстройством психики. Слабоволие, с которым педагог сталкивается в повседневной работе, обусловлено, как правило, не мозговой патологией, а определенными условиями воспитания; коррекция безволия возможна, как правило, лишь на фоне изменения социальной ситуации развития личности.